Политематический журнал научных публикаций
"ДИСКУССИЯ"
Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-46280. ISSN 2077-7639.
Подписной индекс в Объединенном каталоге «Пресса России» № 13092.
Периодичность - журнал выходит ежемесячно, кроме июля.
Выпуск: №№5-6 (35-36) май-июнь 2013  Рубрика: Философия и культурология

Трансцендентальная метафизика Нового времени: истоки и основоположения

А. В. Дмитриева, аспирант,
кафедра философии, культурологии и социальных наук,
Нижневартовский государственный университет,
г. Нижневартовск, Россия
В статье рассмотрены истоки и основные положения трансцендентальной метафизики Нового времени, указаны факторы, повлиявшие на ее развитие, а также принципы, которые легли в основу последующих философских систем
Ключевые слова: метафизика, рациональность, разум, познание, трансцендентальное

Эпоха Нового времени знаменуется рядом качественных изменений в общественной и научной жизни человечества, которые привели к революционным открытиям и появлению новых систем в философии. Данные изменения стали благодатной почвой для зарождения и формирования новой трансцендентальной метафизики.

С победой и постепенным утверждением в Западной Европе капитализма символом Нового времени становится наука. Повышенный интерес к естествознанию сформировался в результате крушения средневековой космософии под напором набиравшей силу натуралистической идеологии, а также в связи с аксиологической переориентацией интеллектуальной деятельности1.

Поистине революционные изменения в философии Нового времени начинаются с астрономической революции Коперника. Его гелиоцентрическая система, помимо научного, имела огромное идеологическое значение. Кроме решения физических вопросов она затрагивала новый взгляд человечества на его место во Вселенной. Сам Коперник осознавал, что его теория повлияет не только на физику: «…она приведет к переоценке ценностей и взаимоотношений различных категорий; она изменит взгляды на цели творения. Тем самым она произведет переворот также и в метафизике и вообще во всех областях, соприкасающихся с умозрительной стороной знания»2.

С появлением механики Ньютона сложилась и упрочилась новая система мышления, в соответствии с которой примат аналитической деятельности над синтетической способствовал утверждению системы физической причинности. До Ньютона не существовало аналогичной системы, учитывающей взаимодействие наблюдаемого внешнего мира и самого наблюдателя. Кроме того, Ньютон понимал, что его законы имеют смысл лишь в том случае, если пространство обладает той же физической реальностью, что и геометрические фигуры, точки и все остальное. В этой мысли в зародыше отражается одно из важнейших основоположений трансцендентальной метафизики о том, что реальность дана нам объективно. Его открытия в дифференциальном и интегральном исчислении вылились в единственную форму причинного объяснения, способную удовлетворить физиков. Его же стремление представить свою систему как необходимо вытекающую из опыта, но в то же время вывести как можно больше понятий, не опираясь непосредственно на опыт, стало одним из столпов, на которых зиждется классическая трансцендентальная метафизика.

Одним из важнейших течений для зарождающейся трансцендентальной метафизики Нового времени был рационализм. В XVII веке он возник на фоне противостояния теологическому религиозному мировоззрению, провозглашающему примат веры над знанием. Новоевропейский рационализм черпал силы в очевидных успехах естественных и математических наук. Схоластическая логика, находясь в кризисном положении, более не могла соответствовать новой научной картине мира и затруднялась объяснить, как из единичного опыта могут быть выведены всеобщие и необходимые истины. Тем временем естественнонаучные и математические открытия стали причиной поиска внеопытного источника познания, из которого можно было бы получить истины, обладающие такими свойствами. Философы Нового времени обнаружили, что «…источником этих истин может быть только разум»3.

Так, трансцендентальная метафизика как опосредованное знание о любом объекте разума через знание самого разума обнаружила свои истоки в научных и общественных новшествах начала эпохи Нового времени.

Провозглашение рациональности как метода принадлежит Декарту, хотя на протяжении периода Нового времени рационализма придерживались такие ученые-философы, как Спиноза, Лейбниц, а позднее Кант, Фихте, Гегель и многие другие. В первой половине данного периода различия в метафизических системах мыслителей обнаруживались лишь в том, каким образом они пытались решить проблему происхождения априорных идей, то есть идей, независимых от опыта. Декарт считал их врожденными, Лейбниц видел их результатом взаимосвязи всего с некой высшей разумной монадой, Спиноза же настаивал на признании способности мышления отображать структуры бытия.

Объединяло все эти метафизические концепции то, что их авторы так или иначе исходили из наличия в разуме неких изначальных образований, «которые, будучи сами по себе истинными, не нуждаются в каком-либо обосновании и могут служить отправным пунктом для вывода и обоснования всех прочих знаний»4. Согласно этим концепциям, данные образования априорны, они существуют до всякого опыта и от него не зависят. Рацио в этих системах предстает сильным началом, а роль чувственности, напротив, практически упраздняется.

В лице рассудочной метафизики философия вновь обретает почву. Мышление исходит из мышления, как из чего-то в самом себе достоверного, а не из чего-то данного извне, а стало быть, оно всецело проистекает из той свободы, которая содержится в «cogito». Все еще находясь в оковах догматизма, метафизика уже ждала возможности «проснуться от догматического сна».

Безусловно, «пробуждение метафизики от догматизма» – вопрос весьма спорный, тем не менее, в ней назрели новые системы, благодаря которым ни сама метафизика в частности, ни философия в целом уже никогда не будут прежними.

Вслед за физикой метафизику тоже ждал коперниканский переворот в лице Канта как «первооткрывателя». Этот переворот был связан с предположением об активности сознания познающего субъекта. Сознание и самосознание становятся основанием всякой объективности. «В понятии трансцендентальный как раз и выражается, по Канту, активный, творческий характер человеческого сознания. Трансцендентальное представляет собой родовое свойство человека как представителя всего человечества»5. Кант считал, что в процессе мышления именно вещи сообразуются с сознанием, а не наоборот. Познание у него носит активный характер, проявляющийся в создании априорных форм, посредством которых происходит упорядочивание эмпирического материала, который доставляет нам опыт.

По сравнению с рационализмом имеющихся систем, рационалистический аспект системы Канта предстает несколько в другом ракурсе. Чувственность не сводится к минимуму, но выступает в синтезе с рассудком. В рамках новой системы совершаются попытки соотнесения рационального и эмпирического с целью раскрыть и объяснить условия возможностпознания. Согласно кантовской системе, рассудок представляет собой мыслительную способность человека как существа конечного, а значит – синтез рассудка и чувственных ощущений неизбежно содержит в себе аспекты частности, условности и ограниченности.

Следовательно, человек нуждается в разуме – источнике, способном выполнять регулятивную функцию, ибо в нем содержатся идеи свободы, бессмертия души, Бога. Разум уполномочен ориентировать рассудок на то безусловное, целостное, абсолютное, что позволяет человеку вести себя так, как если бы существовал высший бесконечный разум. Бог как безусловное и абсолютное не может быть доказан, так как этот процесс предполагает выведение его из условий, постижение, познание. В таком случае Бог не был бы чем-то абсолютным, безусловным, а значит, не был бы Богом. Размышление по этому поводу наталкивает разум на антиномии, и здесь Кант тоже не может обойтись без веры. Но вера у Канта суть постулат разума.

Позднее Гегель напишет, что познание у Канта есть лишь познание явлений, но не только потому, что введенные им категории конечны и ограничены, а потому, что они субъективны. В одном из своих трудов мыслитель писал: «…Всеобщее не находится в непосредственном знании, а есть результат культуры, воспитания, откровения человеческого рода»6. Но это были задачи уже следующих поколений, которым только предстояло обнаружить историко-диалектический характер развития рациональности.

Поступательное движение, в процессе которого происходит развитие и становление разума Гегель назовет диалектикой. Но именно в кантовской системе содержатся истоки диалектики немецкого идеализма, оказавшие огромное влияние на системы Фихте, Гегеля и других мыслителей. Гениально разработанное Кантом понятие трансцендентального субъекта и принципа его активности привело к тому, что человек впервые стал пониматься как преобразующее, творческое существо, как субъект целеполагания и воления. Путь сотворения культуры в его понимании есть ни что иное, как допущение, что Абсолют возможен, а человеку дана способность прикоснуться к нему и быть со-творцом. Впоследствии эти принципы легли в основу учений выдающихся мыслителей.

Итак, принимая во внимание вышесказанное, можно сделать вывод о том, что предпосылками к возникновению новоевропейской трансцендентальной метафизики послужили научные открытия в области естественных наук, а также доминирующие течения философии того периода, в частности рационализм и материалистическая тенденция, вытекающая из опытного естествознания. Еще одной предпосылкой послужила борьба с религиозными и схоластическими догматами, в процессе которой возникло учение о безграничности возможностей научного познания и могуществе разума.

Таким образом, трансцендентальная метафизика Нового времени, опираясь на основные положения о континууме сознания и наличии в разуме априорных форм, становится учением о границах познания и трансцендентального мышления, проецирующегося на весь мир, всю Вселенную, и тем самым претендующего на статус абсолютного знания. Ориентированное таким образом сознание стремится вскрыть все фак- ты и связи мироздания, события исторического процесса и модусы общественного устройства. Такое сознание приходит к допущению связи индивидуального конечного мышления с бесконечностью бытия и уполномочивает себя самое давать оценку и обоснование любому поступку, поскольку оно способно осветить все происходящее.

Литература:

1. Философия науки / под ред. С.А. Лебедева: учебное пособие для вузов. М.: Академический проект; Трикста, 2004. С. 78.
2. Там же. С. 83.
3. Автономова Н.С. Рассудок. Разум. Рациональность. М.: Наука, 1988. С. 15.
4. Там же. С. 17.
5. Бурханов Р.А. Трансцендентальная философия Иммануила Канта. Екатеринбург: Изд-во Урал. унта, Нижневартовск: Изд-во Нижневарт. пед. ин-та, 1999. С. 60.
6. Гегель Г. В.Ф. Лекции по истории философии. М., Ленинград: Соцэкгиз, 1935. Кн. 3. С. 414.
Яндекс.Метрика