Политематический журнал научных публикаций
"ДИСКУССИЯ"
Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-46280. ISSN 2077-7639.
Подписной индекс в Объединенном каталоге «Пресса России» № 13092.
Периодичность - журнал выходит ежемесячно, кроме июля.
Выпуск: №8 (71) сентябрь 2016  Рубрика: Социологические науки

Понятие «селообразующая организация» как недостающая категория социального управления

В.Я. Фокин, канд. экон. наук, доцент,
кафедра экономики, управления и предпринимательства,
Чайковский филиал Пермского национального исследовательского политехнического университета,
г. Чайковский, Россия
В статье раскрыта сущность социального управления как составной части государственного управления. Приведены примеры социально ответственного законодательного регулирования процедуры банкротства градообразующих предприятий, формирующих экономическую и социальную сферу монопрофильных поселений. Выявлено отсутствие в российском праве понятия «селообразующая организация». Изучены исторические предпосылки и приведены статистические данные, доказывающие монопрофильность сельских поселений и селообразующую роль сельскохозяйственных предприятий. На примере Талмазского сельского поселения Куединского муниципального района Пермского края проанализировано влияние ликвидации селообразующих сельскохозяйственных предприятий на динамику миграционных процессов и изменение структуры занятости трудоспособного населения за межпереписной период – с 1989 года по 2010 год. В результате проведенного анализа выявлены пятикратное сокращение рабочих мест в этом поселении и высокие темпы миграционной убыли населения. Предложено ввести в юридический и научный оборот категорию «селообразующая организация». Сделан прогноз, согласно которому признание за сельскохозяйственными организациями статуса селообразующих и совершенствование законодательства в направлении предотвращения банкротства сельскохозяйственных предприятий позволит повысить результативность социального управления сельскими муниципальными образованиями.
Ключевые слова: социальное управление, социальная ответственность, занятость, миграционные процессы, сельское население, градообразующее предприятие, селообразующая организация

Социальное управление является составной частью государственного управления, охватывает сферы науки и образования, культуры, здравоохранения, экологии, труда и социального развития и т.д.1 Важными функциями государственного управления являются принятие законодательно-нормативных актов, а также контроль за практической реализацией этих актов на федеральном, региональном и местном уровне. С учетом того, что, как пишет В.И. Слок, «управленческие решения и действия властных структур трансформируют общественный уклад миллионов людей и могут привести как к благоприятным, так и к катастрофическим последствиям»2, непреложным принципом государственного управления является принцип социальной ответственности государства перед гражданами. Он означает готовность органов власти принимать необходимые законы, направленные на улучшение условий жизнедеятельности людей, учитывать социальные риски для различных групп населения, затрагиваемых принятыми законами и действиями по выполнению этих законов.

Что касается управления трудом как составной части социального управления, то государство уделяет большое значение институциональным аспектам регулирования трудовых отношений, особенно защищенности занятости населения монопрофильных поселений, подверженных риску тотальной безработицы в случае банкротства градообразующих предприятий, формирующих социально-экономическую среду жизнедеятельности этих поселений. Осознавая риск социальной катастрофы для моногородов в случае полной ликвидации градообразующих предприятий, государство на законодательном уровне предприняло превентивные меры, направленные на сохранение градообразующих предприятий и, соответственно, моногородов. Главной особенностью регулирования банкротства градообразующей организации, способствующей ее сохранению, является то, что, в соответствии со ст. 171 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», градообразующая организация имеет шанс погасить долги за счет государства и продолжить свою деятельность. Вторым важным фактором, направленным на смягчение социального кризиса в монопоселении в случае банкротства градообразующей организации, являются условия обременения продажи такой организации. Обременение заключается в том, что «существенным условием договора купли-продажи предприятия градообразующей организации может являться сохранение рабочих мест не менее чем для пятидесяти процентов работников такого предприятия на дату его продажи в течение определенного срока, но не более чем в течение трех лет с момента вступления договора в силу»3. То есть из содержания закона следует, что для половины сотрудников продаваемого градообразующего предприятия гарантирована занятость на достаточно длительный период. Поэтому в случае, если на предприятии работает несколько человек из одной семьи, то сохраняется возможность частичных финансовых поступлений в виде зарплаты в такую семью и поддержания ее жизнедеятельности.

Изучение российского законодательства, охватывающего социальные аспекты регулирования рынка труда монопрофильных поселений, позволило автору статьи сделать однозначный вывод об идентичности юридических понятий «монопрофильное муниципальное образование» и «моногород» и о том, что монопрофильность поселения является следствием функционирования на территории муниципального образования градообразующего предприятия. Вместе с тем, понятие «селообразующая организация», которое соответствовало бы специфике сельских поселений, в российском праве отсутствует. Этого термина нет в юридических словарях и текстах законов, соответственно, в научной литературе. Поэтому встречаются такие научные тексты:

1. В одной из своих статей В.Н. Ткачев указывает на то, что возможны ситуации, когда сельскохозяйственный должник «вполне попадает под понятие градообразующего должника»4.

2. В.С.Шмаков, описывая процессы диверсификации форм занятости, вызванной нищетой и безработицей на депрессивных сельских территориях, пишет: «При наличии одного “градообразующего” предприятия для людей, ищущих работу, нет выбора. Так родилось и активно развивается “отходничество”»5.

Из приведенных цитат видно, что отсутствие в юридическом и научном обороте термина «селообразующее предприятие» вынуждает авторов заключать в кавычки концепт «градообразующее» в статьях, объектами изучения в которых являются сельскохозяйственные организации и сельский социум. То есть понятие «селообразующая организация» является недостающей, но необходимой категорией социального управления. Необходимость введения в научный оборот понятия «селообразующая организация» обусловлена тем, что многие сельские поселения так же, как и городские, обладают признаками монопрофильности. Так же, как и монопрофильные города, они, как правило, расположены в условиях территориальной изолированности, характеризуются отраслевой специализацией, а их работники имеют узкоспециализированные навыки. При этом преобладающая доля трудоспособного населения сельских поселений, на территориях которых функционируют крупные сельскохозяйственные предприятия, занята именно в этих организациях6. Таким образом, сельскохозяйственные организации выполняют селообразующую роль в сельских поселениях.

Обусловлено такое положение дел особенностями планирования, осуществлявшегося в Советском Союзе до момента его распада. Согласно расчетам автора, произведенным на основе данных Всесоюзной переписи населения 1989 года, 87,0% сельского населения РСФСР к началу рыночных реформ проживало в населенных пунктах с численностью населения до 500 человек. В 96,8% из них основная часть населения была занята в сфере сельского хозяйства. В Пермской области эти показатели составляли 91,2 и 98,8% соответственно. Отсюда следует вывод о монопрофильности большинства сельских населенных пунктов с численностью населения до 500 человек как в масштабах страны, так и на региональном уровне, а также о селообразующей роли колхозов и совхозов, осуществлявших хозяйственную деятельность в границах соответствующих сельских Советов. Автор заостряет внимание на том, что за годы рыночных реформ, в том числе и по причине отсутствия термина «селообразующая организация» и норм права, смягчающих условия банкротства таких организаций, значительное число сельскохозяйственных предприятий потерпели финансовый крах и были ликвидированы. Это повлияло на миграционные процессы и, как следствие, на изменение структуры занятости в сельских территориальных образованиях.

Например, согласно данным Всесоюзной переписи населения, на территории современного Талмазского сельского поселения Куединского муниципального района Пермского края в 1989 году постоянно проживало 1380 человек. Из них занятых в различных сферах деятельности насчитывалось 632 человека. Согласно архивным данным, на четырех крупных сельскохозяйственных предприятиях было задействовано 539 человек (85,3% от числа всех занятых). В штате местных органов власти, учреждениях образования, здравоохранения, культуры, в отделениях почтовой связи и на предприятиях кооперативной торговли, действовавших на исследуемой территории, суммарно насчитывалось 93 работника, или 14,7% от числа всех занятых. В результате ликвидации всех четырех селообразующих сельскохозяйственных предприятий и потери рабочих мест значительная часть трудоспособного населения, проживавшего на территории поселения, вместе с семьями мигрировала в близлежащие крупные и средние города: Пермь, Екатеринбург, Чайковский и др. За межпереписной период с 1989 года по 2010 год численность населения, постоянно проживающего на территории Талмазского сельского поселения, сократилась с 1380 до 787 человек.

Что касается занятости оставшегося трудоспособного населения, то его численность и структура коренным образом изменились. Если в 1989 году в штате сельскохозяйственных предприятий, других организаций и учреждений, функционировавших в границах современного Талмазского сельского поселения Куединского муниципального района, насчитывалось 632 человека, то к 2010 году – всего 126 человек, что составляло 19,9% по отношению к базовому периоду – 1989 году. Эти 126 человек были распределены следующим образом. В организациях Талмазского сельского поселения было задействовано: в учреждениях образования, культуры и здравоохранения – 74 человека; в МУП «Талмазское ЖКХ», занимавшемся содержанием водопровода, обслуживанием местных котельных, лесозаготовками и лесопилением – 13 человек, в подразделении муниципальной пожарной охраны – 5 человек; в аппарате управления поселения – 7 человек; на предприятиях торговли – 9 человек и 5 человек в местном отделении почтовой связи. Сельскохозяйственной деятельностью занималось всего 13 человек. Значительная часть трудоспособного мужского населения, в основном водители и механизаторы, работала вахтовым методом в районах Крайнего Севера, а часть населения нашла работу в организациях районного центра. Также сформировалась специфичная социальная страта трудоспособного населения, не поддающаяся точному количественно учету, состоящая из лиц, не имевших постоянной работы, перебивавшихся случайными заработками, занимавшихся сбором ягод, заготовкой дров, обработкой личных подсобных участков. Такое положение дел с занятостью сохранилось до настоящего времени.

Следует отметить, что в Талмазском сельском поселении, оставшемся без селообразующих сельскохозяйственных предприятий, сокращение численности населения протекало более быстрыми темпами, чем в среднем по Куединскому району, на территории которого к моменту Всероссийской переписи населения 2010 года сохранилось 15 из 21 функционировавших ранее крупных сельскохозяйственных предприятий. Если на территории Куединского муниципального района численность постоянно проживающего населения сократилась на 27,6%, то в Талмазском поселении – на 43,0%. Этот факт позволяет сделать вывод о селосохраняющей роли сельскохозяйственных предприятий в современных российских условиях.

С учетом перечисленных обстоятельств предлагается ввести в юридический и научный оборот категорию «селообразующая организация». Изменение законодательства в направлении предотвращения банкротств сельскохозяйственных предприятий, играющих селообразующую роль для сельских поселений, позволит повысить результативность социального управления трудом в сельских муниципальных образованиях, на территориях которых продолжится деятельность по производству сельскохозяйственной продукции, сохранятся условия, необходимые для жизнедеятельности местного населения. В стране в целом, а особенно в регионах, характеризующихся низким агроклиматическим потенциалом, снизится риск деградационной трансформации сельских локальных сообществ, протекающей по типу Талмазского сельского поселения Куединского муниципального района Пермского края, проанализированной в настоящей статье.

Литература:

1. Заварзина Г.А. Особенности развития концепта «Социальное управление» в концептосфере нового российского государственного управления // Гуманитарный вектор. Серия: Филология, востоковедение. 2016. Т. 11, № 3. С. 63.
2. Слок В.И. Риск и ответственность в социальном управлении // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2016. № 1 (63). С. 171–173.
3. О несостоятельности (банкротстве) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2016 г.). Федеральный закон от 29.12.2014 г. № 473-ФЗ (ред. от 13.07.2015 г.) [Электронный ресурс]. URL: www.consultant.ru (дата обращения: 07.09.2016).
4. Ткачев В.Н. Несостоятельность (банкротство) особых категорий субъектов конкурсного права: теоретические и практические проблемы правового регулирования. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 12.
5. Шмаков В.С. Цели и приоритеты адаптации сельского социума // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Философия. 2014. Т. 12, вып. 1. С. 121.
6. Фокин В.Я. Влияние ликвидации сельскохозяйственных предприятий на вахтовую миграцию сельских жителей // Дискуссия. 2016. № 6. С. 85.
Яндекс.Метрика