Политематический журнал научных публикаций
"ДИСКУССИЯ"
Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-46280. ISSN 2077-7639.
Подписной индекс в Объединенном каталоге «Пресса России» № 13092.
Периодичность - журнал выходит ежемесячно, кроме июля.
Выпуск: №6 (69) июнь 2016  Рубрика: Гость номера

«УрФУ – единственный вуз на Урале, который выпускает дипломированных специалистов по востоковедению»

Для нашей страны, большей частью лежащей в Азии, востоковедческое знание является, можно сказать, самопознанием. Не менее важно востоковедение и с точки зрения сближения с соседями, которое после известных событий 2014 года приобрело для России особую актуальность. В апреле нынешнего года Уральский федеральный университет и иранский Университет Буали Сина заключили соглашение о сотрудничестве. Данный документ, как ожидается, придаст дополнительный импульс Центру иранистики, который существует в УрФУ уже 15 лет. О современном состоянии ориенталистики на Урале и перспективах ее развития мы побеседовали с заведующим кафедрой востоковедения УрФУ, профессором, доктором исторических наук Вадимом Кузьминым. Наш гость рассказал, что в Екатеринбурге уже накоплен достаточный опыт изучения стран Востока. Перед новым Центром иранистики стоит двоякая задача. Во-первых, в нем будут изучать персидский язык как студенты университета, так и все желающие. Во-вторых, со временем Центр должен стать неким фундаментом для реализации проектов по популяризации культурного наследия Ирана. Однако Иран – не единственная страна, изучением которой занимаются в УрФУ. Кафедра востоковедения осуществляет специализацию студентов по странам Дальнего (Китай, Япония, Корея) и Ближнего (Турция, Израиль, страны арабского мира) Востока. Уникальность уральской школы востоковедения обеспечивается географическим положением города и вуза – Екатеринбург расположен на границе Европы и Азии и имеет обширные международные связи.
Ключевые слова: востоковедение, иранистика, страны Дальнего и Ближнего Востока, культурные и образовательные связи, стажировки студентов за рубежом, персидский язык, обмен преподавателями, Сетевой университет БРИКС

КУЗЬМИН Вадим Александрович,

доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой востоковедения Уральского федерального университета.

Образование

В 1971 году окончил исторический факультет Уральского государственного университета (УрГУ), в 1971 1975 годах учился в аспирантуре названного университета на кафедре новой и новейшей истории.
В 1981 году в Пермском государственном университете защитил диссертацию по теме «Политика великих держав на Ближнем Востоке накануне Второй мировой войны (1933 - 1939)», присуждена ученая степень кандидата исторических наук по специальности «Всеобщая история».
В 1986 году присвоено ученое звание доцента по кафедре новой и новейшей истории.
В 1994 году защитил в диссертационном совете УрГУ докторскую диссертацию на тему «Подготовка и заключение Саадабадского пакта 1937 года», присуждена ученая степень доктора исторических наук, «Всеобщая история».

Карьера

Работал в Уральском государственном университете на историческом факультете, последовательно занимая должности ассистента (1975-1978), старшего преподавателя (1978-1984), доцента (1984-1988) кафедры новой и новейшей истории. В 1995 году избран по конкурсу на должность профессора. В 1997 году присвоено ученое звание профессора по кафедре теории и истории международных отношений.
В 2001 году В.А. Кузьмин стал заведующим кафедрой востоковедения созданного в том же году факультета международных отношений УрГУ.

Сфера научных интересов

Область научных исследований В.А. Кузьмина - история международных отношений и политики великих держав на Ближнем и Среднем Востоке, история внешней политики России и СССР, отношений со странами Азии. Опубликовал более 170 научных и учебно-методических работ, в том числе монографию, посвященную некоторым малоизвестным страницам истории международных отношений на Ближнем и Среднем Востоке в период между двумя мировыми войнами, 8 учебных пособий для студентов по истории советской внешней политики. Выступил рецензентом более 20 научных монографий и учебных пособий, являлся редактором 65 научных, учебных и методических изданий, участвовал в 88 международных, всероссийских и региональных научных конференциях.
По теме своих исследований В.А. Кузьмин прошел длительные стажировки в Лондонской школе экономических и политических наук (1978-1979) и в университете Саутгемптона (1996), работал в Британском государственном архиве и библиотеках Великобритании. Неоднократно проходил обучение на ФПК Института стран Азии и Африки при МГУ, посещал с деловыми визитами Турцию, Израиль, Республику Корея, Китайскую Народную Республику и другие страны Востока. В рамках участия в реализации международной образовательной программы «TEMPUS» в 1997 году В.А. Кузьмин прошел стажировку в университетах и учебных центрах Бельгии (Гент) и Нидерландов (Амстердам, Гаага).
Как научный руководитель В.А. Кузьмин подготовил 6 кандидатов исторических наук. Является членом двух диссертационных советов по историческим наукам в УрФУ (в одном из которых занимает должность заместителя председателя совета), в течение нескольких лет был членом диссертационного совета по педагогическим наукам в Уральском государственном педагогическом университете и членом диссертационного совета по историческим наукам в Челябинском государственном университете, много раз выступал в роли официального оппонента или эксперта по кандидатским и докторским диссертациям в области исторических наук.

Награды

2008 год - почетное звание «Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации»;
2009 год − звание «Ветеран труда»;
2013 год − почетное звание «Ветеран Уральского федерального университета».
Награжден Почетной грамотой Министерства образования РФ, Почетной грамотой Министерства международных и внешнеэкономических связей Свердловской области.

Для нашей страны, большей частью лежащей в Азии, востоковедческое знание является, можно сказать, самопознанием. Не менее важно востоковедение и с точки зрения сближения с соседями, которое после известных событий 2014 года приобрело для России особую актуальность.

В апреле нынешнего года Уральский федеральный университет и иранский Университет Буали Сина заключили соглашение о сотрудничестве. Данный документ, как ожидается, придаст дополнительный импульс Центру иранистики, который существует в УрФУ уже 15 лет. О современном состоянии ориенталистики на Урале и перспективах ее развития мы беседуем с заведующим кафедрой востоковедения УрФУ, профессором, доктором исторических наук Вадимом КУЗЬМИНЫМ.

– Вадим Александрович, наш разговор хотелось бы начать с небольшого экскурса в прошлое. Центр иранистики в УрФУ действует 15 лет. Расскажите, пожалуйста, как все начиналось, кто стоял у истоков.

– Тут нужно внести ясность. Совсем недавно, в апреле 2016 года, в Уральском федеральном университете был открыт Центр иранистики и персидского языка. На двери, через которую вы вошли сюда, есть таблички: «Кафедра востоковедения» и действующие при ней «Центр японских исследований», «Центр израилеведения» и «Центр иранских исследований». Пока не имеет таблички, но зато создал свой очень хороший сайт действующий при кафедре «Студенческий центр арабских исследований». Что касается кафедрального Центра иранских исследований, то он существует действительно давно, меняется состав Центра, меняются преподаватели и студенты, но преподаванием персидского языка мы занимаемся много лет. Наши студенты неоднократно участвовали в олимпиадах по персидскому языку, некоторые выезжали на стажировки в Иран. Кстати, добавлю, что с 2006 года наша кафедра издает сборник статей «Уральское востоковедение». В самом первом номере была опубликована статья доктора Мехди Санаи, который сейчас является послом Исламской Республики Иран в РФ. С тех пор в каждом выпуске «Уральского востоковедения», включая и самый последний, всегда публиковались научные статьи или другие материалы по иранской тематике, такие публикации мы тоже считаем частью работы нашего Центра иранских исследований.

Что касается открытого недавно университетского Центра иранистики и персидского языка, то здесь такая история. Пару лет назад в УрФУ пришло обращение из Посольства Ирана в Москве, где говорилось о том, что иранская сторона хотела бы организовать сотрудничество с университетом. Мы начали совместную работу. Ее результатом стало то, что в апреле 2016 года ректор УрФУ В.А. Кокшаров подписал договор с руководителем Культурного представительства при Посольстве Исламской Республики Иран в РФ доктором Р. Малеки о создании на базе УрФУ Центра иранистики. Хочу отметить, что наш Центр стал самым восточным в России и единственным на территории азиатской части нашей страны среди всех центров иранистики, созданных при участии Культурного представительства при Посольстве Ирана в России.

Думаю, Екатеринбург был выбран иранской стороной не случайно, поскольку УрФУ – это один из крупнейших вузов России, он находится в большом и экономически развитом городе на пересечении многих путей. Кроме того, у нас был накоплен достаточный опыт изучения стран Востока. Перед новым Центром иранистики стоит двоякая задача. Во-первых, в нем будут изучать персидский язык как студенты университета, так и все желающие. Во-вторых, со временем наш Центр должен стать неким фундаментом для реализации проектов по популяризации культуры Ирана. С господином Р. Малеки мы, кстати, обсуждали возможность проведения здесь фестивалей иранского кино. В Екатеринбурге успешно проходят фестивали японского, итальянского кино, почему бы не познакомить нашу публику с лучшими произведениями иранских кинематографистов?

Иранскую сторону в Центре иранистики будет представлять направленный сюда преподаватель персидского языка, а российскую – профессор нашей кафедры, доктор исторических наук Гульнара Ниловна Валиахметова.

Мы в самом начале пути. Учитывая, что здание университета, в котором находится учебный класс Центра, стало тесным в последние годы в результате увеличения образовательных направлений и роста числа студентов, набирать большие группы для обучения персидскому языку мы не планируем.

– Получается, что не вы выбрали Иран среди множества других стран Востока, а Иран выбрал Екатеринбург и УрФУ в качестве партнеров?

– Это было взаимное притяжение. Мы себя заявили как некая точка, которая проявляет определенный интерес к изучению стран Востока. При всем значении Ирана мы понимаем, что Восток не ограничивается этой страной. У нас очень популярны Китай как направление, Япония, Южная Корея, Израиль, Турция, арабские страны. Мы всем этим занимаемся, так или иначе. Иранская сторона, в свою очередь, заинтересована в распространении информации о своей стране и ее культуре. Всем известны немецкий Институт Гете, китайский Институт Конфуция, Иран тоже создает нечто подобное. За иранским проектом стоит Фонд Саади. Это широко распространившаяся практика – каждая страна, которая хочет, чтобы о ней знали в мире, вкладывает средства в пропаганду культурного наследия и языка. Тут есть и некоторые политические соображения. Никто не скрывает, что Россия и Иран рассматривают друг друга как стратегических партнеров. Партнерство обязательно должно подкрепляться сотрудничеством в области образования. Как люди начинают познавать друг друга? Через культурное общение. Таким образом, наше встречное движение оформилось в Центр иранистики. Как он будет развиваться, покажет время. Когда здесь был господин Реза Малеки, мы говорили о том, что очень важна личность того человека, который будет преподавать у нас язык. Иранский преподаватель не должен быть пассивным, он должен генерировать предложения, идеи, мы должны вместе разрабатывать план работы Центра. Вообще, я считаю, что возможны два пути развития Центра. Первый – это изучение восточных языков в рамках обучения профессии востоковеда в вузе, и второй – когда любой желающий, не обязательно студент, будет иметь возможность изучать персидский язык. А параллельно с языком приобщаться к иранской культуре. Иранская сторона предложила, например, провести в Екатеринбурге выставку книг современных иранских авторов. Что мы знаем о современной литературе Ирана? В лучшем случае, можем назвать имена великих поэтов Средневековья: Низами, Фирдоуси, Хайяма...

– Будут ли наши преподаватели в рамках этого сотрудничества работать в Иране?

– Формы сотрудничества могут быть разными. Думаю, что однозначно необходимо наладить обмен студентами. Наш опыт изучения восточных языков доказывает: чтобы хорошо знать язык, нужно пожить в стране изучаемого языка. Нет смысла отправлять студента на 2–3 недели, потому что за такой срок язык не освоить. Применительно к восточным языкам это просто авантюра. Кто-то из моих коллег пошутил по этому поводу: да, мы можем за 2–3 недели научить человека иностранному языку, но за следующие 2–3 недели он его благополучно забудет. Нужна повседневная кропотливая работа и студента, и преподавателя. Кстати, наш государственный образовательный стандарт по направлению «Востоковедение» не предполагает заочного обучения. Все восточные языки по-своему сложные. И китайский, и турецкий, и арабский, и корейский. За две недели их просто не взять. Я считаю, что студента нужно отправлять в страну изучаемого им языка на год. В свою очередь, УрФУ будет принимать соответствующего иностранного обменного студента. При этом не обязательно это должен быть студент-гуманитарий, изучающий русский язык. Например, я знаю, что в нашем университете студенты, магистранты и аспиранты из Ирана учатся на кафедрах Института математики и компьютерных наук, Института физической культуры и спорта и других. Безусловно, глубокое погружение в языковую среду дает гораздо лучшие результаты, чем кратковременная поездка. Краткосрочная поездка больше похожа на туризм.

Кроме того, мы планируем продолжать развивать обмен преподавателями. Один из ведущих преподавателей нашей кафедры, профессор А.В. Антошин, к примеру, выезжал в Тегеранский университет для чтения лекций по истории России. Читал на русском языке для иранских студентов, изучающих русский язык и специализирующихся по России. Не так давно наш ректор Виктор Анатольевич Кокшаров выезжал в составе делегации Свердловской области в Иран. В провинции Хамадан он провел переговоры с руководителями Университета Ибн Сины, в ходе которых обсуждались вопросы обмена студентами и преподавателями между университетами. Мы хотим, чтобы к нам приезжали иранские специалисты в области внешней политики и международных отношений, экономики, истории, культуры. Недостаточно слушать лекции только по языку. Ведь у нас образование носит страноведческий характер, знания одного языка недостаточно.

– Востоковедение – относительно новое направление для УрФУ. В отличие от столичных университетов, где определенные научные школы сложились давно. Есть ли какие-то особенности в изучении Востока на Урале?

– Особенности есть. Мы тоже накопили определенный опыт, потому что изучение Востока в учебных планах и программах присутствовало всегда. Особенно на историческом факультете. Там всегда были курсы по истории стран Востока. На факультете искусствоведения и культурологии – то же самое. Интерес к изучению религии – в частности, ислама – тоже всегда был. Когда в начале 90-х годов прошлого века наша страна открылась миру, возникла потребность в установлении связей с другими странами. Возникла необходимость в подготовке кадров, прежде всего, переводчиков. И наша кафедра одной из основных своих задач считает подготовку переводчиков. Например, работающая у нас преподавателем китайского языка выпускница нашей кафедры Ксения Борисовна Лозовская является прекрасным переводчиком-синхронистом. Недавно университет получил письмо-благодарность от Министра международных и внешнеэкономических связей Свердловской области за помощь, которую оказали наши студенты, изучающие китайский язык, в работе с делегацией из Харбина.

Екатеринбург – уникальный город. Это своего рода российский Стамбул. Он расположен в двух частях света и это дает ему большие преимущества. Мне известна ситуация с востоковедением в Новосибирске, Владивостоке, Благовещенске. Там, в основном, изучают близлежащие страны – Китай, Японию, Корею, там мы не найдем специалистов ни по арабскому, ни по персидскому языку. Есть востоковеды в Астрахани, в Махачкале, но там нет корейского языка, нет китайского. Екатеринбург находится посередине, мы своего рода пограничная зона. У нас есть и то, и другое, и третье. В этом и есть наша уникальность. Кроме того, «Востоковедение» как лицензированное образовательное направление на уровне бакалавриата и магистратуры есть только у нас, в УрФУ. Восточные языки понемногу изучают в Институте международных связей, в Горном университете, в РГППУ, но в дипломе у выпускников этих вузов не будет написано «Востоковедение». В Челябинске есть целый факультет Евразии и Востока, но в дипломе у выпускников пишут «Регионовед». УрФУ – единственный вуз в Уральском федеральном округе, который выпускает дипломированных специалистов по востоковедению.

– Где работают ваши выпускники?

– Возможностей для трудоустройства очень много. Это различные организации государственной службы, включая дипломатическую, предприятия различных форм собственности, торговые компании, крупные гостиницы, банки, сфера международного туризма и другое. Иногда при приеме на работу работодатель обращает внимание на то, что именно наши выпускники отличаются особой внимательностью, тщательностью, исполнительностью. Оно и неудивительно, ведь если четыре года изучаешь сложные языки, то поневоле станешь усидчивым и внимательным. Наше образование эксклюзивно, мы выпускаем штучный товар. Люди с дипломом востоковеда всегда найдут место на рынке труда, но если их будет немного. Мы набираем на каждый новый первый курс примерно по шесть десятков человек, я считаю, что должно быть поменьше. Меня некоторые упрекают – ты, мол, занимаешься антирекламой, но я никогда не скрываю: учиться у нас сложно, по этой причине происходит и отсев студентов. Изучать восточные языки – это тяжелый труд. Когда я знакомлюсь с первокурсниками, всегда поздравляю их сначала, а потом спрашиваю: «Знаете, какой вопрос вы не задали в приемной комиссии? Сколько студентов в итоге закончили четвертый курс». Не все справляются с нагрузкой. Отчисляем даже четверокурсников. Но зато как приятно, когда до финиша дошли самые-самые. Многие потом говорят «Спасибо». Если вернуться к вопросу трудоустройства, то у нас многие успешно работают в Москве и Санкт-Петербурге. И это несмотря на то, что там есть собственные вузы, которые готовят востоковедов. Некоторые ребята работают за рубежом. В Китае есть, в Турции, Швеции, Франции, Корее, Японии, Таиланде, Объединенных Арабских Эмиратах, Австралии, Канаде. Специалисты, владеющие восточными языками, востребованы везде.

– Как Вы считаете, есть ли перспективы у кафедры востоковедения вырасти со временем в институт?

– Если посмотреть широко, то, конечно, есть. На образовательный процесс влияет масса факторов. Например, смена образовательных стандартов. Сейчас у нас обучаются студенты по трем образовательным стандартам. Слава Богу, притормозили четвертый стандарт… Что такое новый стандарт? Это изменение учебного плана, набора дисциплин, все это отражается на стабильности работы коллектива. Если не брать во внимание внешние факторы, то мы выросли очень хорошо. Мы доросли до весьма крупного подразделения: контингент студентов по кафедре востоковедения составляет примерно 250 человек, и все – только очной формы обучения. Когда я сам был студентом университета, то на всем нашем факультете студентов было меньше, чем сейчас на одной нашей кафедре. Поэтому считаю, что со временем мы можем превратиться в Институт востоковедения. Наша кафедра внутри состоит, по факту, из двух частей: первая – это квалифицированные преподаватели восточных языков, вторая – это преподаватели-предметники, которые ведут общие и специальные востоковедческие дисциплины. Многие из них тоже знают восточные языки, но преподают историю, экономику, культуру стран Востока и так далее. Мы уже фактически имеем две кафедры в составе одной. Потенциально можно было бы использовать опыт наших столичных коллег. Например, в Институте стран Азии и Африки МГУ, где я сам неоднократно бывал, стажировался, проходил повышение квалификации, есть кафедра иранской филологии, кафедра Юго-Восточной Азии и так далее. Сейчас наши специалисты будут востребованы в связи с БРИКС. Сетевой университет БРИКС имеет большие перспективы. Индия – страна, с которой у нашей кафедры уже есть определенные наработки, Китай - тут вообще без проблем, Южная Африка - там выручит знание английского языка, кстати, наши выпускники в университетах ЮАР уже бывали.

– Один из Ваших коллег – заведующий отделением востоковедения Государственного университета – Высшей школы экономики (ГУ–ВШЭ) Алексей Маслов заявлял некоторое время назад, что в стране не хватает квалифицированных востоковедов. Вы согласны с его мнением?

– Алексей Александрович – весьма уважаемый человек! У нас в университете он тоже читал лекции. Особенно запомнился по циклу, посвященному даосизму, восточным единоборствам. То, что он говорит, действительно имеет место быть. Почему не хватает специалистов? С одной стороны, их и не должно быть много, как я уже сказал. С другой стороны, их уже настолько мало, что чувствуется дефицит. Подготовка востоковеда – затратная вещь. Далеко не каждый вуз идет на такое. Нельзя набирать большие группы. В восточных языках очень важно аудирование, восприятие речи на слух. Преподаватель должен слышать каждого студента. В восточных языках очень важна интонация. Чуть по-другому сказал, и все – слово понимается иначе. При изучении восточного языка нельзя набирать большие языковые группы. Настоящий преподаватель обладает не только знанием языка, но и методикой преподавания. Кроме того, существует большая разница между устной и письменной речью. Бытовым разговорным языком можно овладеть довольно быстро. А вот письменный язык – совсем другое дело. Даже наши преподаватели, что греха таить, не все в достаточной степени владеют письменной речью. Недавно у нас проходили олимпиады по японскому и по турецкому языку. И все замечательно – студенты песни поют, стихи под музыкальное сопровождение читают, скетчи разыгрывают, на вопросы жюри бойко отвечают. Но… попросишь их перевести, например, заголовок китайской или корейской газеты или книги, и тут ступор!.. Это можно преодолеть, нужно просто больше читать, переводить. Например, наши преподаватели восточных языков К.Б. Лозовская, М.Ю. Чамовских, А.А. Буракова и другие вернули в практику отработку студентами на консультациях так называемых тысяч – практику, хорошо знакомую многим выпускникам университета прошлых лет.

– Какие научные темы интересуют нынешних востоковедов?

– Самые разные. Как было отмечено выше, мы издаем альманах «Уральское востоковедение». Кроме собственных научных трудов мы публикуем авторов из других регионов России, из других вузов – от Якутска до Москвы. Плюс есть иностранное участие, у нас публиковались турки, австралийцы, китайцы, израильтяне, японцы и другие. Кроме того, у нас на кафедре есть аспирантура и учатся аспиранты. Некоторые преподаватели, которые сейчас работают как преподаватели, когда-то были студентами нашей кафедры. Ими были написаны и успешно защищены кандидатские диссертации по турецкой, иранской, китайской, корейской, японской тематике.

Сегодня у нас три штатных профессора, целая группа доцентов, кандидатов наук. Применительно к такому специфическому коллективу, как наш, это немало. Вскоре мы ждем пополнения новыми кандидатами и докторами наук из числа преподавателей, работающих на кафедре. У одного из наших профессоров – Гульнары Ниловны Валиахметовой – большая часть научных работ связана с очень актуальной темой – энергетическими ресурсами стран Ближнего Востока. Свою кандидатскую диссертацию она написала по иракской нефти. Затем продолжила работу, опубликовала несколько монографий, защитила докторскую диссертацию в Институте востоковедения РАН. Один из моих аспирантов тоже работал по нефтяной тематике и защитил диссертацию по истории борьбы за нефть арабских эмиратов Персидского залива. Между прочим, ректор УрФУ Виктор Анатольевич Кокшаров написал и защитил диссертацию по теме «Деятельность американских нефтяных компаний в Саудовской Аравии». Я был одним из оппонентов на его защите. Ректор поддерживает нас в работе по развитию востоковедения в УрФУ, и мы благодарны ему за эту поддержку, в том числе и на иранском направлении, о чем говорилось выше.

Беседовала Ольга Иванова

Яндекс.Метрика